Жена-доказчица (1 вариант)

Жил-был старик со старухою. Не умела старуха языка держать на привязи; бывало, что ни услышит от мужа – сейчас вся деревня узнает. Пока не повздорят промеж себя – еще туда-сюда, а случится старику со старухой подраться да поколотить ее – она озлится и побежит по людям да на господский двор, всю подноготную расскажет; иной раз вдвое больше наврет, чем правды скажет. По тем наговорам и тащат старика; только успевай спиной расплачиваться.
Вот однова пошел старик в лес за дровами; ступил в одном месте ногою – нога провалилась. «Что за притча! Дай-ка я стану рыть, может – на мое счастье, что и найдется». Взялся за лопату; копнул раз, другой, третий – и вырыл котел полнехонек золота. «Слава богу! Только как домой взять? От жены не укроешься, она всему свету разблаговестит; еще беды наживешь!» Подумал-подумал, зарыл котел в землю и пошел в город, купил щуку да живого зайца, щуку повесил на дерево – на самую верхушку, а зайца посадил в морду.
Приходит в избу: «Ну, жена, какое мне счастье бог послал, только тебе сказать-то нельзя; пожалуй, всем разболтаешь!» – «Скажи, старичок, – пристает баба, – право слово – никому не заикнусь; хочешь – побожусь, образ сниму да поцелую». – «Вот что, старуха: нашел я в лесу полон котел золота». – «Экой ты! Пойдем поскорее, домой унесем…» – «Смотри же, старая! Никому не сказывай, не то беду наживем». – «Небось, ты только не сказывай, а я не скажу! Ты когда пьян, всегда хвастаешь!»
Повел мужик бабу, дошел до того места, где щука на дереве висит, остановился, поднял вверх голову и смотрит: «Ну, что глазеешь? Пойдем скорее!» – «Да разве не видишь? Глянь, щука на дереве выросла!» – «Ой ли! Полезай за нею; ужотка на ужин зажарим». Старик слазил на дерево и достал щуку. Пошли дальше. Шли-шли: «Дай, старая, к реке сбегаю, в морды посмотрю». Заглянул в морду и давай жену звать: «Глянь-ка, заяц в морду попал!» – «А коли попал, бери его поскорей – к празднику на обед пригодится». Взял старик зайца и привел старуху в лес; отрыли вдвоем котел с золотом и потащили домой. Дело было к вечеру; совсем потемнело. «Старик, а старик! – говорит баба. – Никак овцы ревут?» – «Какие овцы! То нашего барина черти дерут». Шли-шли, старуха опять говорит: «Старик, а старик! Никак коровы ревут?» – «Какие коровы! То нашего барина черти дерут». Шли-шли; стали к деревне подходить, старуха старику говорит: «Никак волки ревут?» – «Какие волки! То нашего барина черти дерут».