Горшеня

Один, слышь, царь велел созвать со всего царства всех, сколь ни есть, барБояр, господ., всех-на-всех к себе, и вот этим делом-то заганулЗагадал. им загадку: «Нуте-ка, кто из вас отганёт? Загану я вам загадку: кто на свете лютей и злоедливей, – говорит, – всех?» Вот они думали-думали, думали-думали, ганали-ганали*Гадали-гадали., и то думали и сё думали – всяко прикидывали, знашь, кабы отгануть. Нет, вишь, никто не отганул. Вот царь их и отпустил; отпустил и наказал: «Вот тогда-то, смотрите, вы опять этим делом-то ко мне придите».
Вот, знашь, меж этим временем-то один из этих бар, очень дошлыйДошлый – смышленый, догадливый., стал везде выспрашивать, кто что ему на это скажет? Уж он и к купцам-то, и к торгашам-то, и к нашему-то брату всяко прилаживался: охота, знашь, узнать как ни есть да отгануть царску-то загадку. Вот один горшеня, что, знашь, горшки продает, и выискался. «Я, слышь, сумею отгануть эту загадку!» – «Ну скажи, как?» – «Нет, не скажу, а самому царю отгану». Вот он всяко стал к нему прилаживаться: «Вот то и то тебе, братец, дам!» – и денег-то ему сулил, и всяку всячину ему представлял. Нету, горшеняГоршечник. стоял в одном, да и полно: что самому царю, так отгану, беспременно отгану; опричьОпричь – кроме. – никому! Так с тем и отошел от него барин, что ни в жисть, говорит, не скажу никому, опричь самого царя.
Вот как опять, знашь, сызнова собрались бары-то к царю и никто опять не отганул загадку-то, тут барин-от тот и сказал: «Ваше-де царское величество! Я знаю одного горшеню; он, – говорит, – отганёт вам эту загадку». Вот царь велел позвать горшеню. Вот этим делом-то пришел горшеня к царю и говорит: «Ваше царское величество! Лютей, – говорит, – и злоедливей всего на свете казна*Деньги.. Она очень всем завидлива: из-за нее пущеБольше. всего все, слышь, бранятся, дерутся, убивают до смерти друг дружку: в иную пору режут ножами, а не то так иным делом. Хоть, – говорит, – с голоду околевай, ступай по миру, проси милостыню, да того гляди – у нищего-то суму отымут, как мало-мальски побольше кусочков наберешь, коим грехом еще сдобненьких. Да что и говорить, ваше царское величество, из-за нее и вам, слышь, лихостиВреда. вволю достается». – «Так, братец, так! – сказал царь. – Ты отганул, – говорит, – загадку; чем, слышь, мне тебя наградить?» – «Ничего не надо, ваше царское величество!» – «Хошь ли чего, крестьянин? Я тебе, слышь, дам». – «Не надо, – говорит горшеня, – а коли ваша царска милость будет – говорит, – сделай запрет продавать горшки вот на столько-то верст отсюдова: никто бы тут, опричь меня, не продавал их». – «Хорошо!» – говорит царь, и указал сделать запрет продавать там горшки всем, опричь его. Горшеня вот как справен стал от горшков, что на диво!