Хитрый богомаз

Приехал богомаз в хутор. Поп в сторожку его поместил. Там он начал малевать святых угодников. Малюет себе помаленьку, посвистывает, песенки веселые распевает. Не заметил, как к нему в сторожку зашла поповская дочка. Стоит, глядит, как он не торопясь рисует святой лик. Стояла-стояла, кашлянула легонько улыбнулась, спросила:
– Вы одних только святых малюете? Богомаз засмеялся, кисть бросил в сторону:
– Нет, кого хочешь нарисую!
– Ну, а вот меня бы?
Богомаз поглядел на нее: девица стройная, круглолицая, краснощекая.
– Можно, – говорит. – Ты здорово смахиваешь на святую великомученицу Варвару.
Сладился богомаз с поповой дочкой за три рубля и к вечеру выполнил работу. Стоит святая великомученица Варвара – вылитая попова дочка.
Дня не прошло, как об этом поповская дочь рассказала брату. Он и пришел к богомазу, говорит:
– Ты сестру в виде великомученицы Варвары изобразил, а каким святым меня намалюешь?
– Тебя, – говорит богомаз, – святым Георгием-Победоносцем. Ты ликом на него схож.
– Что ты, – удивляется поповский сын, – Георгия-Победоносца на всех иконах рисуют русым, а я, видишь сам, из чернявых.
Богомаз ему в ответ:
– Ничего, пройдет, каким нарисую, на такого и будут молиться, ведь никто и никогда его не видел.
Сошелся с ним богомаз тоже на трех рублях.
Через полдня поповский сын изображен был на иконе, как Георгий-Победоносец, на рыжем коне. Конь взвился на дыбы, поповский сын колет длинною пикой зеленую змею.
Узнала об этом попадья. Пришла в сторожку. Смотрит, вздыхает, умиляется. Поближе к богомазу подошла, начала просить:
– Ты нарисовал бы меня святой мученицей Прасковией Пятницей.
Богомаз подумал, пожал плечами, сказал нехотя:
– Так и быть, намалюю за десять рублей. Попадья долго с ним рядилась, наконец сошлись на пяти рублях. Вскоре нарисовал богомаз и попадью святою мученицей.
В сторожку зашел как-то поп. На иконы поглядел, узнал дочку, сынка и попадью. Соблазнился. Захотелось и самому покрасоваться в образе святого, говорит богомазу:
– Слышал, что ты будешь скоро писать икону «Тайная вечеря».