Понедельник, день тяжёлый

Понедельник‑День‑Тяжёлый сидел на скамейке около вокзала и вздыхал. Он вздыхал настолько безнадёжно, что Жизнерадостный Паровозик, на всех парах пытавшийся задержать собственный отъезд, потому что сигнала отправляться всё не давали и не давали, даже спросил:
— Да что с Вами такое‑то, прости Господи?
— Тяжело мне, — был ответ.
— Из‑за чего‑нибудь… или просто так? — осторожно поинтересовался Жизнерадостный Паровозик, будучи уже почти не в силах сдерживать всех своих паров.
— Просто так, — признались ему. — Я, видите ли, день тяжёлый.
— Я тоже тяжёлый, — поделился с ним тайной Жизнерадостный Паровозик. — Знаете, сколько вешу? Лучше и не говорить! Но я открою Вам один секрет: нам только кажется, что мы такие тяжёлые. А сдвинешься с места, крутанёшь колесами пару раз и — ка‑а‑ак понесёшься вперед! Вот… И там, впереди, поймёшь, что вовсе ты не тяжёлый, а очень даже лёгкий — пушинка просто!
Понедельник‑День‑Тяжёлый, кутаясь в тёплое пальто, загрустил окончательно:
— У меня это не получится… Мне не сдвинуться с места.
— Ну вот… — сказал Жизнерадостный Паровозик. — Так у нас дело не пойдёт. Сдвинуться с места Вам придется, хотите Вы или не хотите! До тех пор, пока Вы не сдвинетесь с места, я тоже не могу сдвинуться с места.
— Это ещё почему? — слабо удивился Понедельник‑День‑Тяжёлый.
— Да потому, что у меня отправление назначено на понедельник, — начиная все‑таки понемножку пускать горячие пары, сказал Жизнерадостный Паровозик. — И если вы не намерены сдвинуться с места, то я… то меня просто сейчас разорвёт на Ваших глазах — и всё тут!
— Как это — разорвёт? — с недоумением уставился на него Понедельник‑День‑Тяжёлый.
— На куски, — объяснил Жизнерадостный Паровозик. — Давление пара внутри окажется слишком большим — и меня разнесёт вдребезги.
— А могу я Вам чем‑нибудь помочь? — озадачился Понедельник‑День‑Тяжёлый.
— Конечно же можете! — воскликнул Жизнерадостный Паровозик. — Просто прекращайте вздыхать и поднимайтесь с лавочки. И всё как по маслу пойдёт!
— У меня не пойдёт, — грустно отозвался Понедельник‑День‑Тяжёлый и снова вздохнул. — Никогда не шло… За это меня и прозвали «Понедельник‑День‑Тяжёлый». Знают уже, с кем дело имеют.