Тяжелая витушка

Это про мою-то витушкуВитушка– род калача со сплетенными в средине концами.? Как я богатым был да денежки профурилПрофурить, профурять– расшвырять, растратить; фурять – бросать; фурка – род ребячьей пращи, рогатки.? Слыхали, видно, от отцов? Посмеяться, гляжу, над старичком охота? Эх вы, пересмешники. А ведь было. Вправду было. И ровно недавно, а как сон осталось. Иное, поди, и вовсе забыл. Шибко, вишь, память-то свою промывал в ту пору… Чуть с головой не умылУмыл – растратил, пропил.. Где все помнить!
С воли это, слышь-ко, началось.
Ее – волю эту – у нас на прииске начальство прикрыть хотело. По деревням разговор прошел, а мы и слыхом не слыхали. Только та заметка и была, что в завод на побывку отпускать не стали. Хоть того нужнее человеку, – один ответ – нельзя. И пришлых на прииск принимать не стали.
Что, думаем, за притча*Притча– неожиданный случай, помеха, нежданная беда.? Раньше сколь хочешь со стороны брали, а теперь не надо? И нас что-то крепко держат?
А прииск в глухом месте был. Под Васькиной горой*Васькина гора– недалеко от Кунгурского села, в километрах 35 от Свердловска к Ю-З в лесу. Давно тот прииск бросили. Там, сказывали, не то дикой огонь, не то синюха*Синюха, синюшка – болотный газ. объявилась. Это уж не знаю. Дикому огню по здешним местам ровно бы не должно быть, а синюха – это бывает. Ну, не в том дело… Прикрыли, говорю, тот прииск под Васькиной горой, а тогда бойко работали и золотишко шло вовсе ладно. Народу, конечно, порядком нагнано было, и все из наших заводских. Вот приисковско начальство, видно, и думало:
«Откуда им узнать, коли никого домой не отпущать и со стороны народ не брать. Пусть-ко по-старому работают. Нам так-то привычнее».
Только разве народ не дойдет? Узнали и зашумели:
– Как так? Всем воля, а нам нет.